Нас четверо сидело. Мы и не слыхали, как из-под нас мешок вылетел. Сама-то, Ивановна: — Где мешок-то? — А он где был? — Под вами. — А мы и не слыхали, как она его из-под нас выбросила. Приезжали с Завода, партизаны приезжали. Не верили же, что за кикимора. К нам заедут, папка: — Сходите, посмотрите. Как-то узнавала, сколько чужих, сколько наших. Вот спросят: — Сколько чужестранных, из чужой деревни-то, здесь? — Стукнет — точно! — А сколько наших? — То же самое. А дядя Вася, папкин-то свояк, чудной был: — Ну, ты бы хоть сыграла краковяк или коробочку! «Располным-полна коробочка…» — выигрывала,стуком на половицах-то.

А кикимора ими — раз! — тёщу по голове. Не знаю, за что. Брат на лавке сидел — ногу ему отбросило. Другую положил, придавил этой ногой. Раз! — опять отбросило. — Да что это такое? Ниоткуда взялся клубок пряжи. Раз! — к нему под ноги. — Ты чего бросаешься, ты чего кидаешься? — Как начнёт стучать — всё дрожит! Спросят: — Кто тебя напустил, стукни. Китаец? — Нет. — Кто? Кореец? — Нет. — Цыган? — Нет. — Русский? — Нет. — Кто запустил? Не китаец, не кореец, а смесь? — Стукнет, давай, давай щёлкать. А мать-то у него русская была, он — то ли от корейца, то ли от китайца. А потом Кирика Захаровича привозили.

Её нашли, развели костёр, он её взял, в костёр бросил, потом ничего не стало. Невольно вспоминается другая история с похожим сюжетом — «Барабашка общается с людьми». «Барабашка» — главный герой знаменитого телефильма «Кто там?» (режиссёр А.А.Горовацкий, редактор В.М.Возчиков), показанного на первой неделе января 1989 года, а также бесчисленных газетных репортажей. В результате этот весьма неоднозначный персонаж до сих пор пользуется поистине всесоюзной известностью. А тогда, 28 сентября 1988 года, автор этих строк вместе со своим коллегой, В.Н.Фоменко, пришёл в гости к «Барабашке», который незадолго до этого незаконно «прописался» в одном из московских общежитий молодых строителей, в комнате, где проживали три подруги — Феруза, Флюза и Таня.

д. Стало неинтересно: я знал, что некоторые люди могут щёлкать не только суставами пальцев рук. Чтобы исключить эту возможность, попросил всех оторвать ноги от пола. Сделала это и Феруза — друг «Барабашки». К моему удивлению, стуки не прекратились! Но изменилось место их приложения. Теперь уже они раздавались из матраца кровати, на которой сидела Феруза. Я также присел на эту кровать. К ещё большему удивлению, одновременно с глухими стуками я ощутил отчётливые, как бы кончиком незаточенного карандаша точечные прикосновения изнутри матраца, и так много раз. Уступил своё место В.Н.Фоменко — всеслышат глухие стуки из матраца, а он сообщает ещё и о таких же прикосновениях.

Ответы давались «обычным» способом: один стук — «да», два — «нет». Победа олимпийской сборной СССР по футболу и счёт матча были предсказаны точно! А вот другая быличка, записанная В.П.Зиновьевым: — Сосед рассказал мне как-то историю. Он, вообще-то, человек был несуеверный, грамотный, инвалид Отечественной войны. Ногу одну свою там оставил. Вздумалось ему дом себе новый поставить. Сыновья строили, а он им указывал. Сам-то не мог подсоблять: калека был. И вот, как спать они лягут, в этом доме-то ночью уж такой тарарам подымается, будто вёдра друг об дружку стукаются, переворачиваются. Гром, шумужасный стоит, что спать невозможно.

Плюнул сосед с досады, пошёл спать. Только в дом — на крыше опять началось! Так ничего они сделать и не смогли, жуть стала брать всех. Продали дом и уехали. И опять вспомнилась похожая история, о которой сообщала одна московская семья, прочитав в июльском номере журнала «Юный техник» за 1989 год интервью со мной: — Мы решили написать о том, что у нас творилось в доме в деревне, где мы жили до пожара. Когда дом ещё строился, то есть был совершенно новый, по ночам происходили странные вещи: когда все ложились спать, вдруг начинала капать вода, как будто в пустую чашку. И не только одни мы слышали эти звуки, за стенкой жилец, ещё одна семья, то есть под одной крышей жили две семьи из нашей родни, они тоже слышали, как капает вода, или вдруг на «потолке» начинали ходить так, что прогибались доски, а когда поднимались на «потолок», то есть на чердак, то всё прекращалось, а когда спускались, происходило всё то же самое. .

Также мы слышали разные звуки, слышали, как в стене пела птичка, мы переходили из комнаты в комнату и она как будто переселялась с нами, то есть перелетала, но как она могла петь и перелетать, а стены были из шлака, почти в 50 см толщиной? Нам говорили, что это нас кто-то предвещает о беде, но мы не верили, и вот 24 декабря 1977 года дома у нас начался пожар, дом сгорел и по сей день стоят только стены. Следующая же быличка из книги В.П.Зиновьева, по-видимому, напомнит читателям сказочные истории о встречах с гномами, эльфами, феями и другими персонажами этого маленького народца: — Фёдор Трофимович однажды мне и рассказывает: «Шёл я с охоты.

» Вот ближе, ближе… Подъехали к зимовью, как будто спешились. И слышно, отворяют дверь. Гляжу, а в просвет-то двери заходит человек, сантиметров тридцать высотой, за ним другой. У меня мороз по коже пошёл. Что за люди такие? Тихонечко, чтобы их не задеть, с нар соскочил, руку протянул к винтовке, схватил её и в дверь! И бегом на брод через Ушумун. Перебрался на нижнюю елань и домой прибежал. Вот старухе рассказываю. Но она что? Говорит: «Чудится…». Только ли «чудится»? А вот Дж. Мичелл и Р.Рикард, написавшие «Феномены книги чудес», утверждают: «Слишком уж много свидетельств существования «маленького народца» имеется как в прошлом, так и в настоящем, чтобы можно было их отбросить как необоснованные.

Почему же они, Дж. Мичелл и Р.Рикард, так считают? Да потому, сообщают они, что в послевоенные годы им досталось регистрировать феномены, которые, произойди они пару сотен лет тому назад, сейчас с гордостью выставлялись бы фольклористами как самые большие диковины! Чувствую, читатель уже насторожился и ждёт, что автор и в этом случае сообщит в подтверждение что-то из своего собственного богатого опыта. Вынужден огорчить: никогда никого из представителей «маленького народца» не видел! Чего не было, того не было. Но зато видел Юрий Павлович Грачёв из посёлка Новый Загорского района Московской области.

Может, какая попутная подберёт. Пройдя около километра, за деревней Шеметово, близ оврага, мне вдруг почудились писклявые голоса. Первое время я не придал этому значения (в ушах звенит?). Но через несколько шагов впереди, сбоку, сзади появилось вначале слабое, а затем всё возрастающее свечение. Мгновение — и произошла вспышка, после чего свет пошёл как бы волнами и на границе света и темноты появились маленькие человечки. От неожиданности я вздрогнул и остановился, меня аж всего затрясло. Произошло это что-то около одиннадцати — в начале двенадцатого. Ночь стояла безветренной и тихой. Небо было чистое и звёздное.

В моём сознании мелькнула мысль: возвратиться назад, в посёлок, и переночевать у друга. Но как только я повернулся, впереди вспыхнул яркий свет и пошёл волнами поперёк дороги, расширяясь вдаль, в стороны и ввысь. На дороге и на обочине я чётко видел траву, каждый стебелёк, на асфальте чётко различал мелкие камешки и трещины. А на кромке света и темноты опять появились прыгающие, размахивающие руками, смеющиеся и что-то лепечущие человечки. Звук их голосов был чёток. По мне побежали мурашки, и всё тело покрылось липким холодным потом. Какое-то время я не мог соображать. Я застыл в оцепенении. Постепенно пришёл в себя, и у меня мелькнула мысль — а не спятил ли я?

Но как видно, в этом случае нечистая сила ни при чём — наваждение не проходило. Я тронулся дальше. Волны света побежали впереди меня, и человечки, видать от радости, громко завизжали, засмеялись и стали высоко подпрыгивать. Но они почему-то предпочитали держаться на кромке света и темноты, держась в полумраке, изредка вталкивая друг друга в яркую полосу. Я ещё раз обращаю внимание на то, что свет проходил полосами, то затухая, то вновь вспыхивая с новой силой. Описать свет невозможно, его нужно видеть. Можно сказать только то, что теней от предметов не было, все предметы обозначались чётко и вроде бы объёмно.

Правда, когда закидывал голову вверх, небо казалось молочного цвета и звёзды через это молоко не просматривались. Когда свет пропадал, звёзды светились ярким светом, а по небосводу проходил белый светящийся шлейф. Описать человечков также непростая задача. Рост примерно от 30 до 60 сантиметров, лица и вся фигура примерно такие же, как и у людей. Одежда вроде резиновых комбинезонов, сероватого и светло-коричневого цвета. Волосы длинные, вьющиеся, тёмного цвета, при прыжках взлетали вверх-вниз. Пальцы на руках и ногах длинные, около 8-10 сантиметров. Обуви на ногах не было. Лица, как мне показалось, молочного цвета, а вот пальцы ног и рук цвета тела.

Мне казалось, что они всё время исполняют какой-то танец. Их трудно было подсчитать, они не стояли на месте, они всё время перемещались. По-моему, их было около полутора-двух десятков. Точно утверждать не могу. Пройдя в их сопровождении с километр, я окончательно успокоился, видя, что они ничего дурного мне не причиняют. Я пробовал их прогнать, я кричал, топал ногами, даже ругался, но они вели себя, как малые дети. Близко к себе они меня не подпускали, они всё время находились на кромке света; догнать свет, вернее, кромку света, я не мог. Как только я начинаю бежать — кромка света удаляется, я встаю — останавливается.

Я остановился и очутился в чёрной осенней тьме. Жутко… Я стоял посреди дороги, привыкая к темноте, так как после света видимость была равна нулю. Рис. 15. В кругу танцующих фей. Старинный рисунок. Не знаю, сколько длилась адаптация, но, пообвыкнув, я тронулся дальше. Прошёл метров 20–30, и привыкшие немного к темноте глаза вдруг перестали видеть. Прошло секунды три-четыре, появилась тусклая полоса, затем резкий скачок, вспыхнул яркий свет и пошёл волной. И вновь появились мои неунывающие человечки, которые провожали меня до деревни Бобошино. Не доходя метров двести до крайнего уличного фонаря, волна света замерла, и я единственный раз перешагнул его кромку.

Они исчезли навсегда. Об этом я не хотел рассказывать, да и как расскажешь? Здравомыслящий человек, не встречавшийся с чем-то подобным, вряд ли поверит, а очевидца сочтёт сумасшедшим. Ведь верно? — заключает свой рассказ Юрий Павлович. Верно-то верно, ведь Юрий Павлович сам признался, что в первые минуты происшествия у него даже мелькнула мысль — а не спятил ли он? Читатель помнит, что после испытанного мною той апрельской ночью ужаса чем-то подобным некоторое время был озабочен и я. Так что тут мы с Юрием Павловичем коллеги. Оба мы, правда, по здравым размышлениям пришли к выводу, что пережили крайне необычные явления — предполагаемый «сдвиг» здесь был ни при чём.

Тут я с ним вполне солидарен. Однако вернёмся к материалам В.П.Зиновьева. По мере дальнейшего чтения запечатлённых им сюжетов вспоминались и другие аналогичные случаи, известные мне по литературе, по рассказам бывалых людей, из многочисленных писем, а то и из личного опыта. Всё это не могло не вызвать вопрос о соотношении фольклора и аномальных явлений. Неужели подобные воистину необыкновенные явления и происшествия не получают отображения в фольклоре? Подавляющее число сюжетов, записанных В.П.Зиновьевым, он слышал от людей, родившихся в конце прошлого века или в начале текущего. Неужели всё это только бабушкины сказки?

Последнее — предложенное самим В.П.Зиновьевым объяснение происхождения «рассказов о случаях, логика которых явно вызывает сомнение».