А Цезарь был уверен в победе настолько, что, уходя на собрание выборщиков, захватил тогу первосвященника с алой полосой. Матери же своей заявил: «Сегодня ты увидишь меня либо великим понтификом, либо изгнанником!» Надо сказать, что его мать, Аврелия, тоже нисколько не сомневалась в победе сына. Накануне она даже собственноручно выстирала тогу первосвященника, которую Цезарь взял с собой. Аврелия всегда была для своего единственного сына не только матерью, но и наставницей, вернейшим другом. Муж ее умер, когда ребенку было всего несколько лет от роду, но мать сумела воспитать из мальчика мужчину.

И Аврелия поверила в предсказание, а впоследствии рассказала о нем сыну. Второе пророчество Цезарь получил в 17 лет. Одна из римских весталок, непорочных дев-предсказательниц, предрекла: Коль не откажешься ты от доверья супруге, Станешь превыше всех римлян и мира всего остального. К тому времени Цезарь год как был женат на дочери известного политика Цинны – прекрасной Корнелии. Увы, Цинна попал в опалу, был убит, и пришедший к власти диктатор Сулла приказал истребить всех его родственников. Но Цезарь, помня предсказание весталки, отказался выдать юную супругу. Вместе с Корнелией он убежал из Рима и почти полтора года скитался.

Их бракосочетание состоялось в 58 году до н. э. Кальпурния была дочерью не слишком влиятельного римского консула Пизона, но уже известный к тому времени полководец и политик Цезарь мог позволить себе брак по любви. Именно с Кальпурнией связан самый известный в Античном мире ясновидческий сон, пересказанный историком Плутархом. Этот великий афинский философ-писатель и сам был склонен к мистическому взгляду на мир. Он был верховным жрецом в храме Аполлона Пифийского в Дельфах, где пророчествовали пифии. Впоследствии Плутарх изучал не только древнегреческих, но и древнеегипетских богов – составил труды о культах Осириса и Изиды.

Бедная женщина бросилась в спальню супруга и начала умолять его не ходить на заседание римского сената, назначенного в полдень 15 марта. Но Цезарь только отмахнулся от женщины. Ну как он мог забыть давнее пророчество весталки: «Коль не откажешься ты от доверья супруге…»? Но на этот раз Цезарь отказался довериться предчувствиям верной жены. И ведь не один только сон Кальпурнии пророчил несчастье. Было и другое предсказание. Еще в начале года на узкой улочке Рима Цезарь неожиданно столкнулся с лучшим гадателем города – престарелым Спурином. «Чего мне следует опасаться?» – спросил тогда Цезарь. Спурин пошептал что-то про себя, будто посоветовался с кем-то невидимым, и ответил: «Бойся Мартовских ид!

» Но вот незадача – опять на пути тот самый Спурин-гадатель. Цезарь остановился. «Почему не сбывается твое предсказание об опасности? – насмешливо спросил он. – Иды пришли, а я еще жив!» Прорицатель склонил голову: «Иды пришли, но не прошли…» Через несколько минут Цезарь вошел в сенат и сел в свое золотое кресло императора. Его окружили сенаторы – и все они, включая Брута, которому правитель верил безоговорочно, оказались заговорщиками. Первый удар мечом нанес Каска. «Негодяй, что ты делаешь?!» – воскликнул император. Но удары уже посыпались на него со всех сторон. Цезарь обернулся к Бруту, вкотором еще надеялся найти защиту.