Ужасные птицы набросились на Альтенбурга. Вначале он еще смог отбиваться от них, но зловещих грифов оказалось так много, что, едва несколько птиц падали под ударами копья и меча графа, на их место тут же прилетали другие. Но хуже всего, что, привлеченные кровью мертвых тел своих погибших собратьев, все падальщики-стервятники с окрестных склонов гор ринулись на гору Вюцельс. Небо потемнело от черных крыльев. Стервятники окружили графа, как дьявольский ураган. Бедный Альтенбург сражался уже из последних сил. Что оставалось ему? Только взмолиться Богу. Помощи ждать неоткуда – все слуги и друзья далеко…

Через четверть часа все было кончено. Тела мертвых разодранных грифов усеяли склоны гор. Вороны-победители отлетели с места битвы и уселись на скалах. А Альтенбург в изнеможении упал на землю и возблагодарил Бога. Подоспевшие наконец-то рыцари и слуги нашли его без сознания. Увидев валявшиеся вокруг трупы страшных грифов и выслушав рассказ пришедшего в себя графа, все тоже стали читать благодарственные молитвы. А позже Альтенбург повелел в честь своего чудесного спасения построить на вершине скалы большую башню – чтобы спасители-вороны и их потомки всегда могли найти себе приют. Слуги и рыцари графа поклялись подкармливать птиц в голодные годы, если в том будет нужда.

Они станут защищать твоих людей и твои посевы, облетая, словно крылатая стража, твои владения. И ты всегда можешь на них положиться». Так и вышло. Гордые птицы не гнушались облетать земли графа, отгоняя непрошеных гостей, будь то разбойники на больших дорогах или нашествие грызунов на дома местных крестьян. Даже вредные насекомые теперь не появлялись на полях и пастбищах, принадлежащих Альтенбургам. Прослышав о крылатых защитниках, ни один сосед не посмел теперь пойти войной на владения графа. Словом, на землях Альтенбургов воцарились мир и спокойствие. Однако ничто не длится вечно. Граф умер.

Дотошно оглядев со всех сторон башню, он велел собрать строителей: «Такое прекрасное место во владении моих предков не должно пропадать. Здесь надо воздвигнуть замок. А птиц я прикажу слугам изгнать – потравить или перерезать». Напрасно старожилы уговаривали епископа вспомнить, что эти птицы спасли когда-то жизнь его предку, напрасно взывали к чувству долга и родства – Вернер стоял на своем. Когда со всей округи прибыли строители, довольный епископ даже решился устроить в замке торжества по поводу начала работ. Вот на этих-то торжествах и появился снова черный монах. «Не начинай работ! – грозно сказал он епископу.

Но монах словно растворился в воздухе. И только из-под балок потолка донеслось: «Если изгонишь птиц, вороны превратятся из хранителей твоего рода в вестников несчастий!» Епископ вздрогнул, но не пошел на попятную. В 1027 году он повелел согнать птиц с башни и построить огромный замок. Назвал его Габсбургом, что значит «замок охраны имущества». Может, конечно, свое имущество он и охранил и даже приумножил, но крылатых защитников потерял. Больше того, через несколько лет стая черных воронов с горящими красными глазами пронеслась над его каретой, напугав до полусмерти, и вскоре епископ скончался.

Не об этом ли он мечтал, когда повелел испанским архитекторам Хуану де Толедо и Хуану де Эррера выстроить к началу 1580-х годов великий дворец-монастырь Эскориал? Дворец этот возвышался на открытой местности, как скала. Стены его, воздвигнутые из серого гранита, казалось, уходили в бесконечность. Эскориал стал монументальным воплощением величия, мощи и вечности, на которые всегда уповал Филипп. Но может, король втайне думал о том, что стены его Эскориала приманят воронов Габсбургов? Ведь на таких широких и надежных стенах могла свить себе гнезда не одна стая. Может, тогда птицы перестанут приносить несчастье и снова станут хранителями рода?

Непобедимая армада была разгромлена англичанами, казна опустела, а Голландия, прежде бывшая владением испанской короны, в кровопролитной борьбе завоевала независимость. Обычно дурные новости король Филипп узнавал раньше всех. Ведь он имел привычку вставать на рассвете и подниматься на башню дворца. Часто, еще шагая по ступеням, королю казалось, что он слышит шум мощных крыльев и мрачные крики воронов Габсбургов. Но, поднимаясь на башню, Филипп не видел ни одной птицы, хотя ясно понимал: его ждет новая дурная весть. Как правитель Филипп был довольно жесток, как человек – несчастен и мрачен. Все четыре жены, с которыми он вступал в брак из династических соображений, не принесли ему радости.

И говорят, когда гроб несли в королевскую усыпальницу, в небе над Эскориалом все же появились огромные черные вороны… Не один Филипп Испанский мечтал вернуть расположение небесных воронов. В это же время в Праге правил другой Габсбург – Рудольф II. Этот король бредил мистикой, мечтал о философском камне и потому охотно принимал в своем дворце в Злата Праге алхимиков и колдунов, астрологов и разных изобретателей. Конечно, он мечтал о том, что его «ученые друзья», как он их называл, научатся создавать для него золото из свинца, создадут гомункулуса из пробирки или найдут рецепт вечной молодости, но было у него и особое задание: Рудольф страстно желал, чтобы они создали птичий эликсир, приняв который человек научится говорить на языке пернатых.

Но вороны еще долго тревожили венценосное семейство Габсбургов. И всегда вслед за ними приходило несчастье. В последний раз черные птицы появились в начале ХХ века. В 1914 году супруга эрцгерцога Франца-Фердинанда, эрцгерцогиня София, ехала в открытом авто. Светило солнышко, и дул легкий приятный ветерок. Но вдруг сердце Софии сжалось от дурного предчувствия. Она подняла голову: прямо над машиной парила стая огромных черных птиц. Рыдая, София ворвалась во дворец и бросилась к мужу: «Умоляю, отмени свою поездку в Сараево! Кажется, я видела вещих воронов. Они несут горе на своих черных крыльях…» Но Франц-Фердинанд был упрям, да и встреча в Боснии уже подготовлена.

Через восемь лет, 1 апреля 1922 года, в изгнании скончался последний император из династии Габсбургов – Карл. В день его похорон к фамильному склепу слетелось множество черных птиц. Но с тех пор никто больше не видел зловещих воронов Габсбургов.