В этот временной период свирепствовал ряд эпидемий, и среди них – ужасающая моровая язва, или «черная смерть». В 1803 году эпидемия желтой лихорадки в Малаге унесла 36 000 жизней. Чума, обрушившаяся на Лондон в 1665 году, унесла с июня по декабрь 20 000 человек, или треть всего населения. Согласно утверждению Сиденхейма, эта болезнь поражала Англию каждые тридцать или сорок лет. В 1770 году она обрушилась на Марсель, в 1771 и 1772 – на Москву, в 1815-16 – в Неаполитанские доминионы. Однако, несмотря на ее частые вызовы медицинской науке, самые авторитетные специалисты признались, что ее лечение почти неизвестно (см.

Новая работа доктора Паркина стала в некотором роде исполнением этого пророчества. Похоже, он решительно избавился от двух излюбленных популярных теорий сторонников гигиены, что главная причина эпидемий – это грязь, и мнения, что эти болезни заразны. Таково и мнение обозревателя «Научного журнала», который допускает, что исторические факты, упоминаемые доктором Паркином, «решительно противоречат обеим теориям». В качестве примеров он приводит факты, что, «как известно, холера уверенно переносится на сотни миль во время сильных муссонов. Часто она переносится по реке вверх по течению, доказывая тем самым, что она не вызвана инфекциями, попадающими в течение».

Непосредственная причина того, что мы обратились к этой теме, заключается в обязательной вакцинации в Индии. Перед нами находится весьма интересный общественный документ, любезно переданный нам обладающим глубокими познаниями доктором Лейтнером, президентом Государственного университетского колледжа Лахора. Правительство Пенджаба запросило мнение андаманцев по поводу законопроекта о необходимости обязательной вакцинации. После продолжительных и пылких дебатов большая группа высказалась против пункта об обязательной вакцинации, особенно граждане, говорящие на хинди, и сам доктор Лейтнер подчеркнул, что если невежественные индусы когда-нибудь узнают, что вакцинальные лимфы добываются из язв на сосках коровы, то возможен более серьезный протест, а может быть, и активное сопротивление этому принудительному закону. .

Тысячелетие гигиены», напечатанной в том же «Научном журнале»: Среди заболеваний, ставших более редкими и менее серьезными, но по-прежнему носящими эпидемический и весьма опасный характер, заметное место занимает оспа, особенно когда среди политических вопросов наших дней встает вопрос об ее не внушающей доверия превентивной вакцинации. Нас уверяют, что, если это заболевание больше не уносит десятки тысяч жизней, как в средние века, то такая перемена к лучшему возникла благодаря вакцинации. Однако не может быть и тени сомнения, что оспа сделалась менее опасной еще задолго до того, как стало применяться на практике открытие Дженнера.

Предполагается, что в настоящее время вакцинировано 97 % населения. И все же этого отнюдь не достаточно, чтобы защитить оставшиеся 3 %, ибо считается, что невакцинированные лица подвергаются опасности заражения из-за упрямства или невежества этого очень небольшого меньшинства. Перед нами прискорбная опасность того, что пока вакцинация не станет всеобщей, оспа может вновь появиться среди нас, и не в отдельных случаях, а в виде эпидемий, следующих друг за другом в очень короткие интервалы времени, причем каждая будет намного смертоноснее предыдущей. Так, во время эпидемии 1857-59 болезнь унесла14 244 жизней; во время эпидемии 1863-65 – 20 059 человек, а в 1870-72 – 44 840.

В Хайтгейтской больнице, где лечили оспу с 1835 по 1851 годы, предварительно вакцинированные составляли 53 % от общего количества поступивших больных оспой. В 1851-52 гг. их количество возросло до 66,7 %; в 1854-5-6 – до 71,2 %; в 1859-60 – до 72 %; в 1866 – до 81,1 % и в 1868 – до 84 %. Как же подобные факты могут отвечать ортодоксальной теории, что вакцинация – это гарантия против оспы? Каким же будет вывод беспристрастного статистика, если представить ему эти цифры? Если а возрастает больше обычного, когда b увеличивается в количестве и повсеместном распространении, ни один человек, если он в здравом уме, не будет спорить, что b есть препятствие a .

Выходит, остается простое заключение, что у оспы наступал период приостановки в течение последней четверти прошлого века и первой четверти настоящего; что явный успех вакцинации главным образом обязан ее совпадению с этим временным затишьем и что сейчас заболевание снова быстро достигает своей прежней вирулентности и принимает наиболее пагубные формы, которые оно имело во времена наших предков. Но все же справедливо будет отметить, что наш уважаемый коллега, доктор Д.Э. Дадли, президент Бомбейского теософского общества, не соглашается с точностью вышеуказанной статистики смертности, и кроме слов о потребностях его быстро растущей практики, он добавил бы кое-какое замечание.

Нижеследующее взято из «Spiritual Notes» («Спиритические заметки») (Лондон). Согласно утверждению доктора Винсенто Песеты и? Серверы, кристаллы гемоглобина, добытые из крови различных животных, имели настолько разнообразные формы и отличительные черты, что при помощи них можно было определить образец крови! Все, что для этого требовалось – это перемешивать кровь с небольшим количеством желчи, пока не образуется масса кристаллов размером не более 3 мм. Формы кристаллов получаются следующее: человек – правильные прямоугольные призмы; лошади – кубы; бык – ромбоэдры; овца – ромбоэдровидные пластины; собака – прямоугольные призмы; кролик – тетраэдры; белка – шестиугольные пластинки; мышь – октаэдры, и т.

Но поскольку кристаллы гемоглобина – например, лошади и осла, собаки и лисицы, кролика и зайца или крысы и мыши – принадлежат соответственно к совершенно различным системам, это серьезный аргумент в пользу происхождения от еще какого-то существа.