Австрийский профессор математики и астрономии Лохшмидт и английский астроном Проктор, изучая тот же самый вопрос, пришли к иной, отличной от вышеизложенного взгляда, причине, от которой произойдет в будущем разрушение мира. Они приписывают его постепенному и медленному остыванию солнца, которое однажды должно привести к окончательному угасанию этого небесного тела. Все планеты тогда, в соответствии с законом гравитации, упадут на это безжизненное, холодное светило, и соединятся с ним в одно громадное тело. Если это произойдет, говорит сей немецкий ученый муж , и такое время когда-либо настанет, то это не будет продолжаться вечно, поскольку такое состояние не является состоянием абсолютного равновесия.

Наличествующая животная и растительная жизнь, в предверии этого события, сконцентрируется у экватора, покидая замерзающие северные регионы, а затем и вовсе окончательно и навсегда исчезнет с земной поверхности, не оставив после себя никакого следа своего существования. Земля будет окутана абсолютным холодом и мраком; нынешнее непрестанное атмосферное движение сменится полным покоем и тишиной; последние облака прольют на землю свой последний дождь; течение ручьев и рек, лишенных своей оживляющей силы и двигателя – солнца – остановится; и моря превратятся в ледяную глыбу. Наша земля не будет освещаться другим светом, кроме редкого мерцания падающих звезд, которые какое-то время все еще будут проходить сквозь и воспламеняться в нашей атмосфере.

Такое изменение было отмечено и действительно имело место в ныне угасших звездах в созвездиях Лебедя, Короны и Змееносца в период их остывания. И та же самая судьба постигнет и все другие планеты, которые, подчиняясь закону инерции, будут продолжать вращение вокруг угасшего солнца… Далее этот ученый астроном описывает последний год умирающей земли в тех же выражениях, что и индусский философ, описывающий пралайю : «Холодное и смертельное дуновение с северного полюса будет распространяться по всей поверхности земли, девять десятых территории которой уже угасло. Жизнь, уже с трудом воспринимаемая, будет сконцентрирована в ее сердце – на экваторе, в немногочисленных все еще обитаемых регионах, где будет царить полное смешение всех языков и национальностей.

Наконец, наступит последний день, и бледные, угасающие лучи солнца осветят следующую удручающую сцену: замерзшие тела последних из рода человеческого, умерших от холода и недостатка воздуха, на берегу столь же быстро замерзающего, неподвижного моря!..» Эти слова могут немного отличаться от слов ученого профессора, ибо они приспособлены к правилам, принятым в чужом языке; но идеи, безусловно, его. Картина вышла поистине удручающая. Но идеи эти, основанные на научных, математических выводах, не новы, и мы читали у одного индусского автора дохристианской эры описание точно такой же катастрофы, данное Ману на языке куда более возвышенном, чем этот.

Постепенно свет меркнет, тепло улетучивается, непригодные для жилья районы множатся на земле, воздух становился все более и более разреженным; иссякают потоки воды, волны великих рек пересыхают, океан обнажает свое песчаное дно, и растения гибнут… Жизнь и движение утрачивают свою силу, связь планет ослабевает в пространстве; они угасают одна за другой… Сурья (Солнце) вспыхивает в последний раз и исчезает; материя распадается; и Брама (творящая сила) погружается в Диаус (непроявленное), и его работа завершается, он засыпает… Для вселенной наступает Ночь!..» (Вамадева).