И, не имея чести быть лично с Вами знакомым, я подписываю это письмо только моим инициалом. Х. Наш ответ В рассматриваемом вопросе сложно ответить, кто прав, наш корреспондент или его друг, ибо мы воспринимаем это как осторожную позицию искателя истины, который уклоняется от того, чтобы подтвердить догматически, что творение возможно для человека, даже когда не склонен согласиться с догматическим отрицательным утверждением его друга, что «это невозможно». Прежде чем перейти к сути поднятого вопроса, нам необходимо упомянуть о примерах, приведенных в этом письме, которые возможно позволят рассмотреть подобный вопрос.

И все-таки, ничего подобного не сделав, он смело заявляет, что творение – невозможно. Допустим, что он не из тех, кто изучает оккультную науку – а интонации письма, лежащего перед нами, создает впечатление, что он ее не изучает, – а друг нашего друга, высказывая свое догматическое утверждение, похоже собирается воспользоваться методом, слишком часто перенимаемым людьми обыденной культуры и даже некоторыми научными работниками, – это метод принятия за основу огромной группы ранее созданных понятий, когда должна быть оценена новая идея. Если эта новая идея соответствует ранее сложившимся понятиям и, как кажется, поддерживает их – то прекрасно; и ею довольны.

Природы он должен продвигаться с огромной осторожностью и быть всегда начеку против обманчивых лучей, тянущихся к нему при помощи освященных веками предубеждений и опрометчивых выводов, – нам кажется, что к этому складу ума следует относиться намного лучше, чем к складу ума его самоуверенного друга. И мы стремимся признать его превосходство самыми выразительными словами, поскольку, когда мы подходим к актуальному вопросу, чтобы обсудить аспект того, о чем нам придется говорить, то будем скорее на стороне этой точки зрения, как этот «друг» понимает «творения», если мы все и в самом деле приписываем такое же значение этому ставшему избитым слову.

Нам бы пришлось написать целый том, а не короткую объяснительную статью, если бы мы попытались как следует разъяснить наше категорическое убеждение, что Мастера оккультной философии выше того, чтобы указывать, что нам можно говорить, а что нельзя. Для настоящего ответа вполне достаточно сказать, что мы верим в наш ответ на поставленный вопрос, и верим благодаря тем, кто знает. Однако нам следует внятно объяснить то, что подразумевается под творением. Видимо, основная мысль на эту тему – что когда был «сотворен» мир, Творец как-то смог соблюсти условия или почему-то согласился на отступление от правила ex nihilo nihil fit и в самом деле сотворил мир из ничего, – если это есть идея творения, с которой мы сейчас имеем дело, ответ философов был бы не просто таким, что подобное творение невозможно для человека, а что оно невозможно для богов или .

Ибо предположим, что мы стремимся постичь хаос как некую материю Вселенной в неявном состоянии, и тогда будет понятно, что хотя такая материя совершенно неосязаема для обычных человеческих ощущений и в такой мере она эквивалентна «ничто», творение из подобных материалов не произведет ничего из того, чего прежде не существовало, однако изменение состояния преобразовало часть вселенской материи, которая в своем предыдущем состоянии была невидима, неосязаема и невесома, но никоим образом не считалась не-существующей. Теософы-оккультисты, однако, совсем не используют слова «творение», а заменяют его на слово ЭВОЛЮЦИЯ.