Тех, кто подходит в точности под определение теософов Во, Эмерсон считает подозрительными. Его труды, замечания в виде благочестивой критики – однажды будут приняты благосклонно – «не будь там некоторых поразительных парадоксов и смелых утверждений, которые находятся в прямом конфликте с теологическими верованиями людей, их не поддержали бы ни факты, ни аргументы, но только основанное на простом свидетельстве индивидуальное сознание автора ». Быстро проскочив сменяющие друг друга группы более поздних мистиков и Пророков, мы остановимся, чтобы отметить основателей шести великих школ индийской философии; потом отметим Шанкарачарью, Кабира и нескольких других, и пройдем вперед, чтобы вернуться к нашей нынешней точке.

Теперь мы могли бы внимательнее проследить наши шаги и начать новый перечень с самых ранних теософов Арийской Греции. Где бы ни произошло разделение народов – после окончательного пристанища арийских племен, которые, мигрируя на юг, завладели Семиречьем, или раньше, когда предки современных народов все жили вместе в более северных областях, – это не имеет особого значения, мы по-прежнему обнаруживаем старинные теософии этих эмигрантов, которые сейчас существуют в основных нациях Северо-западной Азии и Европы, те же самые метафизические концепции, надежды и вдохновения – возможно, менее мечтательные, но в некоторых случаях сопоставимые со спекуляциями индийских ариев.

Для нас очень важно понять, что все эти народы некогда жили вместе, вместе думали и боролись в своих попытках разрешить вечные проблемы, постичь Невидимое и понять Непостижимое. И поскольку, согласно утверждению этого великого филолога, «не было ни одного народа, очень твердо верящего в другой мир и очень мало заботящегося по этому поводу… И нигде еще религиозные и метафизические идеи не пускали так глубоко корни в разум народа, как это было в Индии. Подобные идеи должны обладать… [фраза прерывается] …огромный океан забвения, обрывки и кусочки самых ранних записей современных писателей, чтобыувидеть, что так оно и было всегда, и так должно всегда быть.

И поэтому людям – особенно философам – кажется, что они рождены, чтобы расходиться во мнениях. Насколько далеко можно раскопать в древней истории, боги создавались постоянно, и им с одной стороны поклонялись, в то время как с другой стороны отталкивали их и оскверняли. И хотя Сатира более жестока, чем Медуза, и настолько же слепа, как Фемида с завязанными глазами, все же никогда не будет доказана достаточность ее для аргументации; ибо это всего лишь применение права сильного судить в тех вопросах, где нужно применять разум. И то и другое, если не будут совсем уничтожены, должны однажды отступить перед логикой и разумом.

Часто те, кто наиболее жестоко боролся с предрассудками и фанатизмом своего века, оказывались оскорбляемыми более удачливыми преемниками в следующем. В течение многих поколений Сократа называли неверующим; Суидас, для развенчания всеобщих идолов стремящийся сорвать маску с превдо-пророка Пафлагонии, называет Лукиана «Богохульником»… «Союз – это сила», – утверждает вековая Мудрость. Имея такое разнообразие врагов, чтобы с ними бороться, немногие, разбросанные по всему свету, мистики и независимые мыслители, четыре года назад объединились в небольшую организацию. В конце года они стали маленькой армией, и их ряды постоянно увеличиваются и крепнут.